И тут в направлении тотальной защиты президента протаранил Думу Жириновский

[bogdan_63]

Мастер регламентных схваток, король скандалов потребовал для своего выступления сразу вчетверо больше остальных — двадцать восемь минут. Зал взвыл. Селезнев твердил сакраментальные слова: "Это требуется проголосовать". Скорострельная пушка Жириновского, сжимая слова до двух звуков, выпалила тираду о недемократичности поведения председателя. Жириновский претендовал на время четырех своих партийцев. Дума отказала. Он объявляет о болезни одного из своих товарищей. Замена! Оторопелая Дума соглашается. Прежде чем начать говорить, он грозит на следующий день задавить коллег своими выступлениями и выходками: "Рехнетесь у меня завтра". Забегая вперед, скажем, что он все-таки вырвет у заседания еще семь минут выступлений в защиту Ельцина по причине "неожиданного ларингита элдэпээровца Кузнецова”. Тирания Жириновского в палате безоговорочна. В этом "режиме состязательности" ему может противостоять только “яблочница” Мизулина. К сожалению, своими четкими и тончайшими измыслами она лишь нейтрализует яд "вождя". Но не в силах выпустить яд еще более сильно действующий, убийственный для Ж. Думе нужен второй Жириновский, чтобы они перегрызли друг друга.

     Далее Жириновский был довольно пошлым. Зачитал набившую оскомину цитату Аллена Даллеса. И стал развивать мысль, что во всем виноваты янки и пятая колонна в СССР, а не Ельцин. Ну, голос у него был мощный, фразы энергичные, позы свободные, жесты размашистые и ярость неподдельная чувствовалась, образ вырастал над трибуной. Обаяние начинало распространяться после реверанса налево: "Как Горбачев нас обманул, и вас, коммунистов, и нас? Он нам сказал, что грядет просто продолжение Октября. Были ошибки — сейчас исправим. И исправили"... Последовала мастерская пауза. Затем такие слова:

      — А сегодня вы хотите все взвалить на одного человека! Так уже было. Вы в семнадцатом году тоже нашли одного человека, виноватого во всем. Царя. И он согласился с вами. Он даже отрекся. А что вы потом с ним сделали?..

     Трагическая патетика плавно перетекла в лирическую, когда Жириновский представлял себя единственным защитником СССР в августе 1991 года.

      — Я вас любил! — воскликнул он в сторону думских левых. — У меня старший брат был коммунистом. А дядя — политрук на обороне Москвы...

     Импровизация хороша лишь в момент исполнения. Прослушиваешь диктофон, и остается ощущение, как от плохого любительского, но очень громкого джаза. Вдруг барабан, барабан стал бить про то, что Югославия — это наша Брестская крепость, далее будут бомбить Молдавию, Украину и затем Москву. А Китай двинется на нас на Востоке...

http://1993.sovnarkom.ru/TEXT/STATYI/zavtra_99_285.htm