Экономика и война 1812 года
Jun. 25th, 2012 10:13 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bogdan_63Оригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
srybas в Экономика и война 1812 года
srybas в Экономика и война 1812 годаСегодня примерно 70 процентов продовольствия Россия завозит. В случае каких-либо потрясений государство зашатается.
Теперь о далеком прошлом.
В мае 1797 года французы взяли Венецию и Ионические острова. Затем были захвачена остров Мальта, побеждены турки и занят Египет. Эта активность в Средиземноморье задевала интересы как Англии, так и России.
Англичане еще не забыли Семилетнюю войну, а также действия французов в Америке, где они поддерживали американских колонистов в борьбе с анличанами, руководствуясь, разумеется, собственными интересами.
Появление французов в Египте Англия рассматривала прежде всего как угрозу своим индийским владениям. Наибольшую опасность для Ост-Индской компании представлял султан Майсура Типпу, стремившийся найти поддержку у Франции. Только с занятием Майсура англичане завоевали решающие позиции на юге Индии и добилась монополии в морской торговле между Европой и Азией, в том числе с Китаем и Индией.
Особенности нового царствования проявились уже в день коронации, 5 апреля 1797 г., - был издан новый закон о престолонаследии: женское правление отныне не допускалось, престол переходил по праву первородства и только по мужской линии царствующего дома. Были освобождены польский революционер Т. Костюшко и масон Н.И. Новиков и критик режима А.Н. Радищев. Павел распорядился перезахоронить прах Петра III, что было воспринято, как обвинение матери, убившей мужа и захватившей престол. Но это было только начало.
Теперь о далеком прошлом.
В мае 1797 года французы взяли Венецию и Ионические острова. Затем были захвачена остров Мальта, побеждены турки и занят Египет. Эта активность в Средиземноморье задевала интересы как Англии, так и России.
Англичане еще не забыли Семилетнюю войну, а также действия французов в Америке, где они поддерживали американских колонистов в борьбе с анличанами, руководствуясь, разумеется, собственными интересами.
Появление французов в Египте Англия рассматривала прежде всего как угрозу своим индийским владениям. Наибольшую опасность для Ост-Индской компании представлял султан Майсура Типпу, стремившийся найти поддержку у Франции. Только с занятием Майсура англичане завоевали решающие позиции на юге Индии и добилась монополии в морской торговле между Европой и Азией, в том числе с Китаем и Индией.
Особенности нового царствования проявились уже в день коронации, 5 апреля 1797 г., - был издан новый закон о престолонаследии: женское правление отныне не допускалось, престол переходил по праву первородства и только по мужской линии царствующего дома. Были освобождены польский революционер Т. Костюшко и масон Н.И. Новиков и критик режима А.Н. Радищев. Павел распорядился перезахоронить прах Петра III, что было воспринято, как обвинение матери, убившей мужа и захватившей престол. Но это было только начало.
Особо следует рассмотреть причины вступления России в антифранцузскую коалицию - по пути в Египет Наполеон захватил Мальту, которой покровительствовал Павел I; император воспринял это как личное оскорбление и принял приглашение Англии и Австрии, пытаясь противопоставить идеям Французской революции идею христианского единства католицизма и православия под своим патронажем. Для этого он принял титул магистра католического Мальтийского ордена. Кроме того, Павел предложил Папе римскому перебраться в Россию, что наилучшим образом характеризует абстракность его мышления.
В декабре 1798 года в Петербурге был подписан русско-английский договор, по которому Россия обязалась направить в Европу 45-тысячную армию против французов, а Британия обеспечивала финансирование операции. Русскую армию в Европе возглавил А.В. Суворов, как того потребовали англичане и австрийцы. Знаменитый полководец провел блестящую операцию, Италия за четыре месяца была освобождена. Затем последова Швейцарский поход, во время которого австрийцы фактически бросили русские войска один на один с французами. И только благодаря героизму суворовской армии, удалось избежать разгрома.
Здесь выплеснулись наружу эмоциональность и рыцарство Павла, он был возмущен действиями союзников, бессмысленной гибелью 23 тысяч русских солдат. Чего он добился? Освобожденная от французов Италия была занята Австрией, остров Мальта - захвачен Англией.
Тем временем Наполеон предпринял попытку заключить мир. Англия и Австрия отказались, что вызвало во Франции взрыв патриотизма. Австрия разгромлена. Россия оказывается перед выбором: либо вновь войти в коалицию, либо повернуться лицом к Наполеону, который уже демонстрирует готовность к союзу с ней.
Сближение прошло ускоренными темпами. В Европе возникает новая политическая ситуация: Россию и Францию сближали не только отсутствие реальных противоречий, но и практические задачи по отношению к общему конкуренту - Англии. Сложилась новая коалиция: Франция, Россия, Швеция, Пруссия, Дания, Голландия, Италия и Испания, силы которой были несравненно больше английких. Подписанный ими 4—6 декабря 1800 года союзный договор фактически означал объявление войны Англии. Английское правительство так это и воспринимает и отдает приказ захватывать принадлежащие странам коалиции суда. В ответ Дания занимает Гамбург, а Пруссия — Ганновер. В Англию запрещается всякий ввоз товаров, многие порты в Европе для нее закрыты, нехватка хлеба грозит ей голодом. Тем временем российские войска готовятся к походу в Европу.
Если проводить какие-то аналогии (без идеологического фона), то ситуация похожа на ту, которая случится в 1940 году, когда Англия оказалась в блокаде и перед лицом , казалось бы, неизбежного вторжения Германии.
И тут произошло событие, перевернувшее положение с ног на голову: восстание петербургской верхушки. В описании будущего декабриста М. Фонвизина делоимело экономичесую причину. "Павел, сперва враг французской революции, готовый на все пожертвования для ее подавления, раздосадованный своими недавними союзниками, которым справедливо приписывал неудачи, испытанные его войсками... вдруг совершенно изменяет свою политическую систему и не только мирится с первым консулом Французской республики, умевшим ловко польстить ему, но становится восторженным почитателем Наполеона Бонапарта и угрожает войною Англии. Разрыв с нею наносил неизъясненный вред нашей заграничной торговле. Англия снабжала нас произведениями и мануфактурными, и колониальными за сырые произведения нашей почвы. Эта торговля открывала единственные пути, которыми в Россию притекло все для нее необходимое. Дворянство было обеспечено в верном получении доходов со своих поместьев, отпуская за море хлеб, корабельные леса, мачты, сало, пеньку, лен и пр. Разрыв с Англией, нарушая материальное благосостояние дворянства, усиливал в нем ненависть к Павлу, и без того возбужденную его жестоким деспотизмом. Мысль извести Павла каким бы то ни было способом сделалась почти всеобщей". (Покровский М.П. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Разумеется, не обошлось и без англичан. Английский посланник в Петербурге Витворт был деятельным участником заговора против Павла вместе с вице-канцлером Паниным и адмиралом де Рибасом. Однако Павел распорядился выслать его, и тот был направлен английским правительством в Копенгаген, откуда тем не менее поддерживал связь с англофильски настроенными русскими дворянами.
В ночь с 11 на 12 марта на 1801 года Павел был убит гвардейскими офицерами в собственной спальне в Михайловском замке. Его сыновья Александр и Константин знали о готовящемся покушении.
Сразу международная обстановка изменилась, исчез главный ее возмутитель.
Вот как отмечал один из ближайших друзей нового императора Александра I Адам Чарторийский. "Примирение России с Англией было непосредственным результатом смерти Павла, - говорит Чарторыйский. - Война с этой державой, издавна богатейшим рынком для русского железа, хлеба, строевого леса, серы и пеньки, более всего восстановила общественное мнение против покойного императора. После его смерти нужно было во что бы то ни стало положить войне конец». (Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Теперь англичанам следовало совершить последнее усилие, чтобы убедить русских начать борьбу с Наполеоном. Английский премьер Питт предложил русскому посланнику Новосильцеву на военные расходы фантастическую по тем временам сумму в пять миллионоф фунтов стерлингов, на какову, впрочем, стала претендовать и Австрия. Правда, у России оставались и старые, более крепкие причины для сотрудничества с Лондоном – экономические. Правда, рациональный Питт после проигранного русскими войсками сражений французам при Аустерлица и Фридланде перестал платить и даже отказался дать лондонским банкирам правительственную гарантию русскому займу.
Последовало, к большому неудовольствию большинства русского общества, заключение Тильзитского мира с Наполеоном.
Как отмечал М. Покровский: «Здесь Александру Павловичу впервые пришлось познакомиться не теоретически, а практически, на самом себе, с неудобствами абсолютизма. Война отнюдь не была его личным делом: русское дворянство, со своей стороны, принесло большие жертвы англо-русской дружбе: в два года было взято 600 тысяч рекрутов - это называлось, правда, милицией, и правительство сначала дало даже обязательство не употреблять ратников ни для чего иного, кроме обороны русской территории, но на самом деле ни один из "милиционеров" после войны не вернулся в деревню, все они пошли на укомплектование действующей армии. Жертвуя столько рабочих рук, помещики вправе были ожидать, что правительство отнесется к войне серьезно, а оно, Бог весть почему, вдруг уступило "врагу рода человеческого". Между тем, по крайней мере в Петербурге, вовсе не были еще утомлены войной. Для дворянской молодежи война представляла, кроме того, специальную выгоду: офицеры на время похода освобождались от обязанности платить долги. Война велась на чужой территории и разоряла пруссаков, а не русских (разоряла в такой степени, что пруссаки весьма откровенно говорили о предпочтительности для них французского "нашествия" перед русской "дружбой"): ни один неприятельский солдат не ступил еще ногою на русскую почву, а Россия уже сдавалась! Мотивы, повелительно диктовавшие Александру такое решение, для сколько-нибудь широких кругов были тайной: не мог же русский император объявить во всеобщее сведение, что англичане его "разочли". В глазах дворянской массы мир был доказательством слабохарактерности Александра и его неуменья вести дела. Его возвращение в Петербург из Тильзита было встречено ледяным молчанием. Его старались "не замечать", как это делают в приличном обществе с осрамившимися молодыми людьми, и всячески избегали говорить о Тильзите, о мире, о Франции и ее "императоре" (в частных разговорах это был, конечно, по-прежнему "Буонапарте")…» (Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Последовало присоединение России к континентальной блокаде, что снова ударило по отечественной экономике, французкие закупки русских товаров ни в коей мере не могли компенсировать убытки: цены на железо упали на 60, а на пеньку даже на 75 процентов. Французские дипломаты сообщали в Париж, что в Петербурге зреет новый антиправительственный заговор.
Однако обратим внимание на то, что не все были ущемлены - была влиятельна группа, которая выигрывала от прекращения торговли с туманным Альбионом,торговцы и промышленники, получившие полную свободу действий на петербургской бирже.
После Тильзитского мира полным ходом пошло импортозамещение: 1808 году была основана первая частная бумажная фабрика в 1812 году в одной Москве их было 11); вместо английской пряжи появилась отечественная, началось широкое строительство фабрик и заводов.Русский купец смотрел на англичан как на вредных кункурентов и был рад их исчезновению.
Яркую картину расцвета промышленности и торговли находим в свидетельствах современников: "Звонкая монета явилась повсюду в обороте, земледельцы даже нуждались в ассигнациях; в московских же рядах видны были груды золота; фабрики суконные до того возвысились, что китайцы не отказывались брать русское сукно, и кяхтинские торговцы могли обходиться без выписки иностранных сукон. Ситцы и нанка стали не уступать отделкою уже английским; сахар, фарфор, бронза, бумага, сургуч доведены едва ли не до совершенства. Шляпы давно уже стали требовать даже за границу. При таком усовершенствовании русских фабрик в Англии едва ли не доходили до возмущения от того, что рабочему народу нечего было делать".(Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Таким образом, помещики терпели убытки, а купцы и новые заводчики могли благодарить Наполеона. Идеологом последних был сын священника Михаил Сперанский, секретарь императора, фигура в российской истории трагическая. Перспективы страны он видел в развитии свободного предпринимательства («Нет в истории примера, чтобы народ просвещенный и коммерческий мог долго в рабстве оставаться»), что совпадало с успехом бумажных и текстильных мануфактур, где практически на было принудительного труда, и отвергало практику старых отраслей производства, железоделательных заводов и суконных фабрик, где работали приписные крестьяне. И хотя помещичье землевладение с крепостными крестьянами по сравнению с новыми производствами было безбрежным океаном, Сперанский был его опасным идейным оппонентом. Соответственно, как должно было правящее большинство реагировать на вот такие его мысли: "Никто не обязан отправлять вещественной службы, платить податей и повинностей иначе, как по закону или по условию, а не по произволу другого"?
Спор между феодальным поместьем и капиталистической фабрикой должен был разрешиться на континентальной блокаде, смертельно опасной для первого и полезной для второй. И преимущество здесь было на стороне консервативных масс. Поэтому, когда Россия разорвала союз с Францией, последовало и падение Сперанского, «изменника» в глазах крупных землевладельцев. Он был сослан в Сибирь, а когда возвращен, то уже не занимался социальными проектами.
В какой-то мере его судьба может послужить зеркалом для других российских реформаторов, достаточно вспомнить печальную судьбу Александра II и Петра Столыпина.
Что же касается Отечественной войны 1812 года и «нашествия двунадесяти языков», то победа в ней России оказалась прежде всего победой Англии на мировой арене, устранившей самого главного конкурента.
Затем Англия приняла так называемые "хлебные законы", выдавливающие русское зерно со своих рынков.
В декабре 1798 года в Петербурге был подписан русско-английский договор, по которому Россия обязалась направить в Европу 45-тысячную армию против французов, а Британия обеспечивала финансирование операции. Русскую армию в Европе возглавил А.В. Суворов, как того потребовали англичане и австрийцы. Знаменитый полководец провел блестящую операцию, Италия за четыре месяца была освобождена. Затем последова Швейцарский поход, во время которого австрийцы фактически бросили русские войска один на один с французами. И только благодаря героизму суворовской армии, удалось избежать разгрома.
Здесь выплеснулись наружу эмоциональность и рыцарство Павла, он был возмущен действиями союзников, бессмысленной гибелью 23 тысяч русских солдат. Чего он добился? Освобожденная от французов Италия была занята Австрией, остров Мальта - захвачен Англией.
Тем временем Наполеон предпринял попытку заключить мир. Англия и Австрия отказались, что вызвало во Франции взрыв патриотизма. Австрия разгромлена. Россия оказывается перед выбором: либо вновь войти в коалицию, либо повернуться лицом к Наполеону, который уже демонстрирует готовность к союзу с ней.
Сближение прошло ускоренными темпами. В Европе возникает новая политическая ситуация: Россию и Францию сближали не только отсутствие реальных противоречий, но и практические задачи по отношению к общему конкуренту - Англии. Сложилась новая коалиция: Франция, Россия, Швеция, Пруссия, Дания, Голландия, Италия и Испания, силы которой были несравненно больше английких. Подписанный ими 4—6 декабря 1800 года союзный договор фактически означал объявление войны Англии. Английское правительство так это и воспринимает и отдает приказ захватывать принадлежащие странам коалиции суда. В ответ Дания занимает Гамбург, а Пруссия — Ганновер. В Англию запрещается всякий ввоз товаров, многие порты в Европе для нее закрыты, нехватка хлеба грозит ей голодом. Тем временем российские войска готовятся к походу в Европу.
Если проводить какие-то аналогии (без идеологического фона), то ситуация похожа на ту, которая случится в 1940 году, когда Англия оказалась в блокаде и перед лицом , казалось бы, неизбежного вторжения Германии.
И тут произошло событие, перевернувшее положение с ног на голову: восстание петербургской верхушки. В описании будущего декабриста М. Фонвизина делоимело экономичесую причину. "Павел, сперва враг французской революции, готовый на все пожертвования для ее подавления, раздосадованный своими недавними союзниками, которым справедливо приписывал неудачи, испытанные его войсками... вдруг совершенно изменяет свою политическую систему и не только мирится с первым консулом Французской республики, умевшим ловко польстить ему, но становится восторженным почитателем Наполеона Бонапарта и угрожает войною Англии. Разрыв с нею наносил неизъясненный вред нашей заграничной торговле. Англия снабжала нас произведениями и мануфактурными, и колониальными за сырые произведения нашей почвы. Эта торговля открывала единственные пути, которыми в Россию притекло все для нее необходимое. Дворянство было обеспечено в верном получении доходов со своих поместьев, отпуская за море хлеб, корабельные леса, мачты, сало, пеньку, лен и пр. Разрыв с Англией, нарушая материальное благосостояние дворянства, усиливал в нем ненависть к Павлу, и без того возбужденную его жестоким деспотизмом. Мысль извести Павла каким бы то ни было способом сделалась почти всеобщей". (Покровский М.П. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Разумеется, не обошлось и без англичан. Английский посланник в Петербурге Витворт был деятельным участником заговора против Павла вместе с вице-канцлером Паниным и адмиралом де Рибасом. Однако Павел распорядился выслать его, и тот был направлен английским правительством в Копенгаген, откуда тем не менее поддерживал связь с англофильски настроенными русскими дворянами.
В ночь с 11 на 12 марта на 1801 года Павел был убит гвардейскими офицерами в собственной спальне в Михайловском замке. Его сыновья Александр и Константин знали о готовящемся покушении.
Сразу международная обстановка изменилась, исчез главный ее возмутитель.
Вот как отмечал один из ближайших друзей нового императора Александра I Адам Чарторийский. "Примирение России с Англией было непосредственным результатом смерти Павла, - говорит Чарторыйский. - Война с этой державой, издавна богатейшим рынком для русского железа, хлеба, строевого леса, серы и пеньки, более всего восстановила общественное мнение против покойного императора. После его смерти нужно было во что бы то ни стало положить войне конец». (Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Теперь англичанам следовало совершить последнее усилие, чтобы убедить русских начать борьбу с Наполеоном. Английский премьер Питт предложил русскому посланнику Новосильцеву на военные расходы фантастическую по тем временам сумму в пять миллионоф фунтов стерлингов, на какову, впрочем, стала претендовать и Австрия. Правда, у России оставались и старые, более крепкие причины для сотрудничества с Лондоном – экономические. Правда, рациональный Питт после проигранного русскими войсками сражений французам при Аустерлица и Фридланде перестал платить и даже отказался дать лондонским банкирам правительственную гарантию русскому займу.
Последовало, к большому неудовольствию большинства русского общества, заключение Тильзитского мира с Наполеоном.
Как отмечал М. Покровский: «Здесь Александру Павловичу впервые пришлось познакомиться не теоретически, а практически, на самом себе, с неудобствами абсолютизма. Война отнюдь не была его личным делом: русское дворянство, со своей стороны, принесло большие жертвы англо-русской дружбе: в два года было взято 600 тысяч рекрутов - это называлось, правда, милицией, и правительство сначала дало даже обязательство не употреблять ратников ни для чего иного, кроме обороны русской территории, но на самом деле ни один из "милиционеров" после войны не вернулся в деревню, все они пошли на укомплектование действующей армии. Жертвуя столько рабочих рук, помещики вправе были ожидать, что правительство отнесется к войне серьезно, а оно, Бог весть почему, вдруг уступило "врагу рода человеческого". Между тем, по крайней мере в Петербурге, вовсе не были еще утомлены войной. Для дворянской молодежи война представляла, кроме того, специальную выгоду: офицеры на время похода освобождались от обязанности платить долги. Война велась на чужой территории и разоряла пруссаков, а не русских (разоряла в такой степени, что пруссаки весьма откровенно говорили о предпочтительности для них французского "нашествия" перед русской "дружбой"): ни один неприятельский солдат не ступил еще ногою на русскую почву, а Россия уже сдавалась! Мотивы, повелительно диктовавшие Александру такое решение, для сколько-нибудь широких кругов были тайной: не мог же русский император объявить во всеобщее сведение, что англичане его "разочли". В глазах дворянской массы мир был доказательством слабохарактерности Александра и его неуменья вести дела. Его возвращение в Петербург из Тильзита было встречено ледяным молчанием. Его старались "не замечать", как это делают в приличном обществе с осрамившимися молодыми людьми, и всячески избегали говорить о Тильзите, о мире, о Франции и ее "императоре" (в частных разговорах это был, конечно, по-прежнему "Буонапарте")…» (Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Последовало присоединение России к континентальной блокаде, что снова ударило по отечественной экономике, французкие закупки русских товаров ни в коей мере не могли компенсировать убытки: цены на железо упали на 60, а на пеньку даже на 75 процентов. Французские дипломаты сообщали в Париж, что в Петербурге зреет новый антиправительственный заговор.
Однако обратим внимание на то, что не все были ущемлены - была влиятельна группа, которая выигрывала от прекращения торговли с туманным Альбионом,торговцы и промышленники, получившие полную свободу действий на петербургской бирже.
После Тильзитского мира полным ходом пошло импортозамещение: 1808 году была основана первая частная бумажная фабрика в 1812 году в одной Москве их было 11); вместо английской пряжи появилась отечественная, началось широкое строительство фабрик и заводов.Русский купец смотрел на англичан как на вредных кункурентов и был рад их исчезновению.
Яркую картину расцвета промышленности и торговли находим в свидетельствах современников: "Звонкая монета явилась повсюду в обороте, земледельцы даже нуждались в ассигнациях; в московских же рядах видны были груды золота; фабрики суконные до того возвысились, что китайцы не отказывались брать русское сукно, и кяхтинские торговцы могли обходиться без выписки иностранных сукон. Ситцы и нанка стали не уступать отделкою уже английским; сахар, фарфор, бронза, бумага, сургуч доведены едва ли не до совершенства. Шляпы давно уже стали требовать даже за границу. При таком усовершенствовании русских фабрик в Англии едва ли не доходили до возмущения от того, что рабочему народу нечего было делать".(Покровский М.Н. Русская история с древнейших времен. Т. 3. http://dugward.ru/library/pokrovskiy_m_n/pokrovskiy_m_n_rus_ist2.html)
Таким образом, помещики терпели убытки, а купцы и новые заводчики могли благодарить Наполеона. Идеологом последних был сын священника Михаил Сперанский, секретарь императора, фигура в российской истории трагическая. Перспективы страны он видел в развитии свободного предпринимательства («Нет в истории примера, чтобы народ просвещенный и коммерческий мог долго в рабстве оставаться»), что совпадало с успехом бумажных и текстильных мануфактур, где практически на было принудительного труда, и отвергало практику старых отраслей производства, железоделательных заводов и суконных фабрик, где работали приписные крестьяне. И хотя помещичье землевладение с крепостными крестьянами по сравнению с новыми производствами было безбрежным океаном, Сперанский был его опасным идейным оппонентом. Соответственно, как должно было правящее большинство реагировать на вот такие его мысли: "Никто не обязан отправлять вещественной службы, платить податей и повинностей иначе, как по закону или по условию, а не по произволу другого"?
Спор между феодальным поместьем и капиталистической фабрикой должен был разрешиться на континентальной блокаде, смертельно опасной для первого и полезной для второй. И преимущество здесь было на стороне консервативных масс. Поэтому, когда Россия разорвала союз с Францией, последовало и падение Сперанского, «изменника» в глазах крупных землевладельцев. Он был сослан в Сибирь, а когда возвращен, то уже не занимался социальными проектами.
В какой-то мере его судьба может послужить зеркалом для других российских реформаторов, достаточно вспомнить печальную судьбу Александра II и Петра Столыпина.
Что же касается Отечественной войны 1812 года и «нашествия двунадесяти языков», то победа в ней России оказалась прежде всего победой Англии на мировой арене, устранившей самого главного конкурента.
Затем Англия приняла так называемые "хлебные законы", выдавливающие русское зерно со своих рынков.
