Ленинградское дело

[bogdan_63]

Оригинал взят у srybas в Ленинградское дело

Моя статья в газете "Культура" от 3 августа 2012

«Ленинградское дело», или Война московских с питерскими


Начиная с 1930-х годов перед сталинской группой, взявшей курс на ускоренную модернизацию, остро встала кадровая проблема. Не хватало толковых и ответственных руководителей, наверх поднимались демагоги, мелкие воры, растратчики, часто складывались коррупционные связи.
В этой ситуации выделился образованный Андрей Жданов (родился 26 февраля 1896 г). Он происходил из рода высших служителей церкви. Участник Гражданской войны, в течение 12 лет руководил Нижегородским губкомом (Горьковским обкомом) партии, был сторонником ускоренной индустриализации, очень скромным человеком (жил с семьей в коммунальной квартире). За годы его руководства область стала одним из мощнейших промышленных регионов страны, «Русским Детройтом. В начале 1934 года был назначен секретарем ЦК ВКП(б), курировал сельскохозяйственный, планово-финансово-торговый, политико-административный отделы, отдел руководящих парторганов, Управление делами и секретариат ЦК.
Став работать в Секретариате ЦК, Жданов принял участие в выработке важнейших решений. В повседневную жизнь вернулись многие реалии традиционной культуры. Вопреки предыдущей «революционной» практике, отвергающей систематическое преподавание истории страны, возвращалось и преподавание в школах истории и географии, предметов, расширяющих кругозор и определяющих мировидение. Уже с сентября 1934 года в Московском и Ленинградском университетах открылись исторические факультеты, началась подготовка преподавателей истории.
Можно сказать, Сталин и Жданов провели настоящую культурную контрреволюцию.
Жданов после гибели С.М. Кирова стал руководителем Ленинградом, был членом Конституционной комиссии (по вопросам народного образования), а в 1938 году стал председателем президиума Верховного Совета РСФСР.
При нем стали выдвигаться многие ленинградцы. Чтобы уяснить их роль, надо сказать, что это было первое поколение правящей элиты города, которое почти в полном составе (!) имело высшее образование.
На пленуме ЦК 21 февраля 1941 года кандидатами в члены Политбюро были избраны Вознесенский, Маленков и Щербаков. Обратим внимание на первого из них. 38-летний Николай Вознесенский стал председателем Госплана СССР и заместителем председателя правительства, курировал оборонную промышленность. Жданов его выдвинул с должности председателя плановой комиссии Ленинграда. Именно Вознесенский внес решающий вклад в гармонизацию экономики СССР, сбалансированного развития отраслей и территорий. На базе системы, подготовленной при выдающемся его участии, Госплан стал разрабатывать баланс народного хозяйства как самостоятельный раздел пятилетних, годовых, квартальных и месячных планов. Можно сказать, Госплан начал строить единую экономику из сотен и тысяч разрозненных производств.
Жданов, Вознесенский, Щербаков образовали новый центр влияния, что не могло не отразиться на другой группе выдвиженцев – Маленкове и Берия.
Георгий Маленков (родился 26 декабря 1901) был одной из крупнейших фигур в сталинском окружении. Имел хорошее образование: гимназия и Московское высшее технологическое училище, где был секретарем партийной общевузовской парторганизации. Среди его однокашников — будущие наркомы М.З. Сабуров, В.А. Малышев, М.Г. Первухин. В 1934—1939 годах стал главным кадровиком партии, заведовал отделом руководящих партийных органов ЦК ВКП(б), провел кампанию проверки и обмена партийных документов, в ходе которой было создано всеобъемлющее досье - составлены учетные карточки на всех членов и кандидатов партии на около 2,5 миллионов. Также были собрана информация о беспартийных руководителях и специалистах. Была построена эффективная система управления СССР, получившая название «номенклатурной» и сделавшая Маленкова выдающимся аппаратным руководителем и организатором многих кадровых успешных решений. Именно он был инициатором снятия Н. Ежова с поста наркома НКВД и выдвижения Лаврентия Берия, который вскоре зарекомендовал себя незаменимым работником. Вот фрагмент из приказа Сталина в начале войны: «1). Поставить Наркомат авиационной промышленности под контроль тт. Берия и Маленкова, обязать этих товарищей принять все необходимые срочные меры для развертывания производства самолетов… 2). Обязать Наркома авиационной промышленности и его заместителей беспрекословно выполнять все указания тт. Берия и Маленкова…»
Опираясь на огромные ресурсы спецслужб и партийный аппарат, Маленков и Берия стали незаменимыми соратниками Сталина.
Во время войны также выросла известность помощников Жданова , в частности, секретаря Ленинградского горкома А.А. Кузнецова, он вел многие вопросы обороны и жизнедеятельности города.
24 мая 1945 года на торжественном приеме в Кремле Сталин поразил многих, предложив неожиданный тост «за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза».
Вслед за этим в узком кругу Сталин сказал, что надо собирать съезд партии и «обсудить проблемы нашего развития, нашей истории». При этом он добавил, имея в виду аппарат, что партия «превратилась в хор псаломщиков, отряд аллилуйщиков».
В апреле 1946 года А.А. Кузнецов, всего год проработавший первым секретарем Ленинградского обкома и горкома партии, стал секретарем ЦК, как и «ждановец» Г. М. Попов, также сохранивший пост руководителя Московской партийной организации. Секретариат стал таким: Сталин, Маленков, Жданов, Кузнецов, Попов.
На Кузнецова возлагаются: контроль за кадрами в советских и партийных органах, за работой обкомов партии в РСФСР, курирование управления кадров ЦК.
На Жданова — возложили руководство Управлением пропаганды ЦК и Отделом внешней политики ЦК. Секретарь по идеологии автоматически становился вторым секретарем ЦК. Вскоре Маленков за ошибки в руководстве наркоматом авиастроения в годы войн («дело авиаторов») был выведен из Секретариата ЦК.
Совместные Постановления Совета Министров и ЦК партии подписывали Сталин и Жданов.
Кузнецов стал руководить Секретариатом ЦК, стал куратором МГБ, - это свидетельствовало, что он получил статус «наследника», о чем Сталин предпочел высказаться вполне откровенно, считая, что после его смерти партией должен будет руководить Кузнецов, а правительством – Вознесенский.
Первый секретарь Горьковского обкома М.И. Родионов (тоже выдвиженец Жданова) стал председателем Совета министров РСФСР. При этом в регионы направлялись сотни (!) ленинградских руководителей. Группа ленинградцев была переведена в Москву.
Однако многие предпобедные надежды советского руководства уже развеивались и наступала тревожная пора. Во время войны личный союз Рузвельта и Сталина давал миру необыкновенный шанс: президент США считал, Сталин останется союзником в послевоенном переустройстве мира и создании коллективной системы безопасности. И Кремль не возражал стать младшим партнером дружественной рузвельтовской Америки, взамен чего должен был получить огромные кредиты, новые технологии и заказы на поставку сырья. Но 12 апреля 1945 года Рузвельт умер, президентом стал Гарри Трумэн, и мир пошел по иному пути. Смерть Рузвельта — вот рубеж, после которого внутренняя жизнь в СССР стала кардинально меняться. С этого времени начинается трагический период «позднего Сталина». Заняв Белый дом, Трумэн посчитал, что «русские нуждаются в помощи для послевоенного восстановления», поэтому можно без серьезного риска занять «жесткие» позиции по важнейшим вопросам. Что было дальше, хорошо известно. Наличие у США атомной бомбы делало их позицию сверхсильной.

Потом последовало «Дело Жукова». До марта 1946 года он был главнокомандующим группой советских оккупационных войск в Германии, часто встречался с генералом Д. Эйзенхауэром, дал много интервью иностранным журналистам, подчеркивал свой выдающийся вклад в победу над Германией. В узком кругу Эйзенхауэр говорил, что «мой друг Жуков будет преемником Сталина, и это откроет эру добрых отношений». А «эра добрых отношений» как раз и не просматривалась. И на этом мрачном фоне — объявляется кандидат в Наполеоны, герой войны, признанный лидер всей военной верхушки. Поэтому Жуков после унизительного обсуждения на заседании Военного совета был направлен командовать второстепенным Одесским военным округом.

«Дело ленинградских журналов» тоже было вызвано переменой международной обстановки. В аналитических записках МГБ говорилось, что в среде творческой интеллигенции расширяется ожидание политических уступок СССР бывшим союзникам. Именно здесь следует искать корни всех последующих идеологических кампаний, направленных против космополитизма, упадничества, преклонения перед Западом. Для «отеческой порки» были выбраны два журнала — «Звезда» и «Ленинград», причем политической подоплеки она не имела. Но в результате был нанесен ощутимый удар по авторитету ленинградцев.

Но, пожалуй, самое существенное для понимание ситуации - Жданов и Вознесенский возглавляли работу над новой редакции Программы и Устава ВКП(б), стремились усилить демократические элементы в советской системе, а ускорить восстановление и развитие отраслей, связанных с удовлетворением материальных запросов населения. Уже с лета 1944 года в ленинградской печати пропагандировались идеи хозрасчета и снижения себестоимости выпускаемой продукции, что на фоне внеэкономических действий правительства в связи с созданием атомной бомбы выглядело почти оппозиционно. Как пишет биограф Жданова А.Волынец, в 1947 году Жданов вносит в проект новой партийной программы такой посыл: «Особо выдающуюся роль в семье советских народов играл и играет великий русский народ», который «по праву занимает руководящее положение в советском содружестве наций». Жданов предложил в рамках Всесоюзной коммунистической партии образовать Российское бюро ВКП(б). Ведь в отличие от РСФСР остальные союзные республики имели собственные компартии, что позволяло им более настойчиво продвигать свои интересы в союзных министерствах и ведомствах.
Впрочем, все «русские» предложения были отклонены лично Сталиным. Он должен был взвесить все стороны изменения национальной политики СССР - рост самосознания в национальных республиках, партизанскую войну националистов в Западной Украине и Прибалтике, многонациональный состав советской верхушки, даже свое грузинское происхождение. Поэтому у ждановских идей не было шансов быть реализованными.

Но можно посмотреть на этот конфликт шире. Жданов и Вознесенский выступали за развитие внутреннего рынка, производство товаров народного потребления, рост уровня жизни. В разработках новой программы ВКП(б) ими выделялась ее социальная направленность: предлагалось в больших объемах вести жилищное строительство, начать массовое производства легковых автомобилей и т. д. Из политических идей надо отметить следующее: перерастание государства диктатуры пролетариата в общенародную демократию, референдумы по важнейшим вопросам, предоставление общественным организациям права законодательной инициативы.
Смерть Жданова 31 августа 1948 года только символизировала окончание власти «идеологов», на самом же деле переход власти от ждановской группировки к маленковско-бериевской начался еще при его жизни. Равные, на первый взгляд, возможности технократов и идеологов на самом деле таковыми уже не были. Технократы в обстановке «холодной войны» и реальной военной угрозы становились более востребованными, как оружие в бою.

25 декабря 1948 года в Ленинграде прошла Х областная и VIII городская объединенная партийная конференция, в конце которой состоялись выборы секретарей обкома и горкома ВКП(б). В первых числах января 1949 года в ЦК ВКП(б) на имя Сталина поступило анонимное письмо, в котором говорилось, что выборы были сфальсифицированы, подсчет голосов велся с нарушением, во многих бюллетенях имена руководителей были вычеркнуты. С точки зрения партийной морали это было преступлением.
После этого начался обвал. Сталин вызвал куратора Отдела партийных органов Маленкова и дал указание разобраться. Кроме того, МГБ зафиксировало разговоры на квартире секретаря ЦК Кузнецова с председателем правительства РСФСР М.И. Родионовым и П.С. Попковым о бедственном положении Российской Федерации и о желательности создать Компартию РСФСР, теперь это было лыко в строку. Еще Сталину было доложено, что ленинградское руководство без согласования с Советом министров СССР и Политбюро провело в Ленинграде общероссийскую ярмарку, которая по неизвестной причине получила статус Всесоюзной. Причем из-за некачественной подготовки ярмарки было разбазарено и утеряно товаров на четыре миллиарда рублей. Стало известно, что инициатором проведения ярмарки был партийно-хозяйственный актив Ленинграда, условием ее проведения было принятое решение Бюро Совмина СССР (октябрь 1948) о межобластной реализации скопившихся на складах Министерства торговли товаров на сумму пять млрд.рублей. То есть налицо были факты самоуправства, присвоения полномочий вышестоящего органа, бесхозяйственность. Нелишне напомнить, что именно в этот период колоссальные средства были направлены на восстановление народного хозяйства и создание атомного оружия. Выяснилось, что все вопросы проведения ярмарки, в том числе вывоз товаров со складов были согласованы с председателем правительства РСФСР М.И. Родионовым и председателем Госплана СССР Н.А. Вознесенским, минуя Совет министров СССР, председателем которого был И.В.Сталин.
Ярмарка проводилась без рекламы. На нее были вызваны только партийные работники, возглавляющие крупные области и города РСФСР, что дало основания для подозрений, что на самом деле состоялся подпольный съезд крупных функционеров КПСС с тем, чтобы образовать новую коммунистическую партию РСФСР, отделив её от КПСС.
Кроме того, как свидетельствует сын А.А. Кузнецова Валерий Кузнецов: «В начале 1948 года в ЦК поступили сообщения: многие ленинградские руководители узнали о денежной реформе заранее и успели вложить деньги на подставных лиц в сберкассы. Денежную реформу курировал Н.А. Вознесенский».
В результате проверок Кузнецов, Родионов и Попков решением ЦК были отстранены от занимаемых постов. Дело было передано на рассмотрение комиссии, в состав которой входили заместитель председателя КПК Шкирятов, Маленков и его выдвиженец Хрущев.
Наступила очередь Вознесенского, он был уволен из Госплана. Вскоре были освобождены от постов второй секретарь Ленинградского горкома Я. Ф. Капустин, второй секретарь обкома Г.Ф. Бадаев, председатель горисполкома П. Г. Лазутин, секретарь одного из городских райкомов М. А. Вознесенская (сестра Н. А. Вознесенского), министр просвещения РСФСР А. А. Вознесенский (его брат). В июле начались аресты.
Постановлением Политбюро 11 сентября 1949 года Н.А. Вознесенский был исключен из состава ЦК, дело было передано в прокуратуру. 27 октября 1949 года он был арестован и решением суда приговорен к смертной казни.
Всего по «ленинградскому делу» были осуждены 214 человек, в том числе 145 близких и дальних родственников основных обвиняемых. Кузнецов, Вознесенские, Попков, Капустин, Бадаев, Родионов, Лазутин — расстреляны 1 октября 1950 года.
Характерно, что следователям и судьям было дано указание, чтобы имя Жданова нигде не упоминалось: бывший второй человек партии, ее идеолог, не мог быть вдохновителем группы, раскалывающей советское государство.
«Ленинградское дело» стало символом борьбы за власть при стареющем вожде, но это далеко не полная характеристика явления. Мобилизационный социализм как диктатура наёмных работников доиндустриального и раннеиндустриального типа, полный архаики доурбанистической эпохи, во второй половине 1940-х годов исчерпал себя. Индустриальному общества он уже не подходил. Решая проблему, Сталин стал ограничивать власть партаппарата и отсекать его связи с хозяйственными органами, для чего передавал реальное управление правительству. При этом размыкался клановый потенциал спецлужб, хозяйственников и партийного руководства, который реально обнаружил свои возможности в 1930-е годы.
В середине декабря 1949 года был снят с поста первый секретарь Московского горкома и обкома, секретарь ЦК Г.М. Попов, выдвиженец Жданова. Одной из причин был его конфликт с министром вооружений Д.Ф. Устиновым, который пожаловался Сталину на то, что Попов требует перепрофилировать под выпуск тракторов один из авиазаводов в Москве, не выделяет квартир оборонщикам и пытается навязать министерству свои решения. Хрущева сменил поддержанный Маленковым Хрущев.
По отдельности и даже все вместе Кузнецов, Вознесенский и другие не представляли никакой опасности, но выяснилось, что к грехам ленинградцев прибавляется национализм, то, против чего Сталин боролся всегда. Но возникает вопрос: почему он, с 1930-х годов поощрявший (вместо с Ждановым) пропаганду героических деяний русского народа и сделавший ставку на руссоцентричную культурную политику, воспринял «русские идеи» ленинградцев как опасные для государства?
Исторический ответ был дан в 1990 году, когда в СССР была созданы Коммунистическая партия РСФСР, а российская исполнительная власть в лице президента РСФСР сомкнулась с хозяйственными руководителями в противостоянии Центру. (В частности, в октябре 1990 года был принят Закон РСФСР «О действии актов Союза ССР на территории РСФСР», установивший наказание для граждан и должностных лиц, исполняющих союзные законы, не ратифицированные российским Верховным Советом; налоговые поступления стали поступать в Центральный банк РСФСР, минуя Центральный банк СССР, что подорвало единую союзную экономику. Развернулась беспримерная антисоюзная, антисоветская в своей основе пропаганда под флагом возвращения к национальным традициям.)
По мнению историка Геннадий Костырченко , «Вина ленинградцев заключалась в том, что их на первый взгляд невинное предложение об образовании русской компартии и органов самоуправления создавало угрозу для всей возведенной с таким трудом национал-большевистской идеологической конструкции. В частности, если бы российская компартия объявила себя «защитницей русского народа» и законной наследницей русского прошлого, ВКП (б) лишилась бы этого статуса, который она культивировала с конца 1930-х годов. Если бы РКП (б) перехватила у всесоюзной партии руссоцентристские лозунги и пропаганду, то последней для поддержания своего идеологического авторитета пришлось бы вернуться к сомнительной мобилизационной тактике, опирающейся на марксизм-ленинизм. Одним словом, РКП (б) была бы способна подорвать силу, авторитет и мобилизационный потенциал кремлевской власти, как никакая другая республиканская партия. Именно этот призрак российской административной и идеологической самостоятельности (…) побудил Сталина представить инициативу ленинградских коммунистов как предательство».
Было еще одно обвинение ленинградцев, оставшееся неизвестным во время судебного процесса. О нем сказано в малоизвестном исследовании профессора Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов, доктор исторических наук Б.А.Старкова "Борьба с коррупцией и политические процессы во второй половине 1940-х годов". В частности, он характеризует обстановку в Ленинграде так: «Номенклатура уже почувствовала вкус к красивой жизни и без особой опаски выставляла свои материальные завоевания, достигнутые служебным положением. Сделки, взяточничество, коррупция, протекционизм и мародерство стали утверждаться между некоторыми из ее представителей. Поэтому, не получив ответа на свои жалобы, граждане обращались за помощью в органы государственной безопасности и в Москву».
Началась рутинная проверка, вскоре ставшая агентурно-оперативной разработкой «Скорпионы». Было «установлено, что в городе действует преступная группа во главе с неким уголовным аферистом Карнаковым и должностными лицами из городской прокуратуры, суда, адвокатуры, ВТЭК, горжилотдела, ОБХСС, управления городской милиции, паспортного отдела, военных учреждений ЛенВО и др.»
В результате операции под подозрение попал А.А. Кузнецов, который не принял должных мер по сигналам о коррупции, а сам жил «в 20-комнатном особняке» с роскошной обстановкой. Начальник же Ленинградского управления НКВД П.Н. Кубаткин тоже оказался замаран: «получил в подарок от некого Битермана, впоследствии арестованного по делу «Скорпионы», трофейный автомобиль».
Теперь ленинградские руководители предстали совсем в ином свете: сращение с организованной преступностью, очковтирательство, двоедушие, корыстолюбие.
После этого «Ленинградское дело» получило окончательное, «расстрельное», оформление.