Россия сегодня свалилась в «средневековый колодец». В такие периоды жизни народов происходит приостановка развития. Поступательное движение истории, эволюция культуры замирают. Общество зависает в историческом времени и пространстве. Причем зависание это может быть очень длительным, растянувшись на несколько веков.
Средневековье — это черная дыра истории, в этот момент страна выпадает из мирового контекста. То есть Россия еще есть, но историческая жизнь из нее уже ушла. Впрочем, даже тогда, когда заканчивается историческая жизнь, продолжается историческое существование. Где исчезает историческое движение, остается историческая суета. И на дне «средневекового колодца» обитают люди, продолжающие как ни в чем не бывало вести свою частную жизнь. Они не догадываются, что их историческая жизнь завершилась…
В этой жизни на дне колодца во всем угадываются старые порядки. Что-то присутствует в виде «институциональных обломков», что-то продолжает работать по инерции, что-то было перелицовано до неузнаваемости и теперь выдается за абсолютно новое. Но один элемент исчез полностью, растворился без остатка в «колодезной воде» — это право.
Право в России сохранилось как видимость. Формально оно существует (действуют десятки тысяч норм, работают правоохранительные органы и даже тюрьмы). Но оно существует только для тех, у кого нет ресурсов для его преодоления. Право утратило свое главное качество — всеобщность. Оно стало избирательным, применяемым по обстоятельствам: к кому-то предъявляются все существующие и даже не существующие требования, а кто-то освобождается от всякой ответственности. Право стало по-настоящему частным в том смысле, что оно теперь принадлежит исключительно частным лицам. Именно гибель права удерживает сегодня русское общество в историческом колодце, не дает ему подняться со дна.
Насилие — единственный эффективно действующий инструмент нового русского средневековья. Причем произвол власти есть лишь вершина айсберга. Основание его погружено глубоко в общество, в котором идет непрекращающаяся гражданская война всех против всех. Найдется немало лжепророков, готовых указать пальцем на власть как на причину произвола. Требуется, однако, гораздо больше мужества и мудрости, чтобы признать главным источником насилия само общество.
Читать полностью...
Средневековье — это черная дыра истории, в этот момент страна выпадает из мирового контекста. То есть Россия еще есть, но историческая жизнь из нее уже ушла. Впрочем, даже тогда, когда заканчивается историческая жизнь, продолжается историческое существование. Где исчезает историческое движение, остается историческая суета. И на дне «средневекового колодца» обитают люди, продолжающие как ни в чем не бывало вести свою частную жизнь. Они не догадываются, что их историческая жизнь завершилась…
В этой жизни на дне колодца во всем угадываются старые порядки. Что-то присутствует в виде «институциональных обломков», что-то продолжает работать по инерции, что-то было перелицовано до неузнаваемости и теперь выдается за абсолютно новое. Но один элемент исчез полностью, растворился без остатка в «колодезной воде» — это право.
Право в России сохранилось как видимость. Формально оно существует (действуют десятки тысяч норм, работают правоохранительные органы и даже тюрьмы). Но оно существует только для тех, у кого нет ресурсов для его преодоления. Право утратило свое главное качество — всеобщность. Оно стало избирательным, применяемым по обстоятельствам: к кому-то предъявляются все существующие и даже не существующие требования, а кто-то освобождается от всякой ответственности. Право стало по-настоящему частным в том смысле, что оно теперь принадлежит исключительно частным лицам. Именно гибель права удерживает сегодня русское общество в историческом колодце, не дает ему подняться со дна.
Насилие — единственный эффективно действующий инструмент нового русского средневековья. Причем произвол власти есть лишь вершина айсберга. Основание его погружено глубоко в общество, в котором идет непрекращающаяся гражданская война всех против всех. Найдется немало лжепророков, готовых указать пальцем на власть как на причину произвола. Требуется, однако, гораздо больше мужества и мудрости, чтобы признать главным источником насилия само общество.
Читать полностью...